- Вы спрашиваете почему? - сказал он. - Да возьмите поглядитесь в это зеркало сами. Ну что? Приятно? Ведь нет. И никому не может быть приятно.

Щуплый антиквар отскочил назад, когда Маркхейм внезапно подался к нему с зеркалом, но, убедившись, что ничто более страшное ему не угрожает, сказал с улыбкой:

- Ваша будущая супруга, сэр, видимо, не так уж хороша собой.

- Я пришел к, вам, - сказал Маркхейм, - за рождественским подарком, а вы... вы предлагаете мне вот это проклятое напоминание, напоминание о прожитых годах, прегрешениях и безумствах. Ручное зеркало - это же ручная совесть! Вы это нарочно? С задней мыслью? Признайтесь! Для вас же будет лучше, если признаетесь чистосердечно. И расскажите о себе. Есть у меня подозрение, что на самом-то деле вы человек сердобольный.

Антиквар пристально посмотрел на своего собеседника. Как ни странно, Маркхейм не смеялся; в лице его словно бы промелькнула яркая искорка надежды, но уж никак не насмешки.

- Куда вы клоните? - спросил антиквар.

- Неужто не сердобольный? - хмуро проговорил Маркхейм. - Не сердоболен, не благочестив, не щепетилен, никого не любит, никем не любим. Рука, загребающая деньги, кубышка, где они хранятся. И это все? Боже правый, неужели это все?

- Сейчас я вам скажу, все или не все, - резко заговорил антиквар, но тут же снова усмехнулся. - Впрочем, понимаю, понимаю, вы вступаете в брак по любни и, видимо, успели выпить за здоровье вашей суженой.

- А-а! - воскликнул Маркхейм, почему-то вдруг загоревшись любопытством. - А вы-то сами были когда-нибудь влюблены? Расскажите, расскажите мне.

- Я? - воскликнул антиквар. - Я - и любовь! Да у меня времени на это не было, и сегодня я не намерен его тратить на всякий вздор. Берете вы зеркало?

- Куда нам спешить? - возразил ему Маркхейм. - Стоим, беседуем - это так приятно. Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей, даже столь скромных, как эта? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни - обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз с этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое. Так не лучше ли отдаться приятной беседе? Давайте расскажем каждый о себе. Зачем нам носить маску? Доверимся друг другу. Как знать, быть может, мы станем друзьями?